В лондонских коммерческих судах, где в двух третях рассматриваемых дел обе стороны не являются резидентами Соединенного Королевства (что только подтверждает статус Лондона как мировой судебной столицы), последние несколько лет набирает популярность услуга по привлечению внешнего финансирования судебного процесса.

По сообщениям газеты Financial Times (28.11.2016), за период с 2012-го по 2013 год в английских судах в 35% случаях участником судебного разбирательства являлась европейская (но не британская) компания, но с марта 2015-го по март 2016 года доля европейских участников снизилась до 20%. Такой же тренд наблюдается и с британскими компаниями. За 12 месяцев, предшествующих марту 2016 года, в английских судебных процессах участвовали 144 британских компании, в то время как за год до этого Британия в списке истцов и ответчиков была представлена 204 компаниями.

Кто же тогда судится сегодня в лондонских судах, если доля британских и европейских участников разбирательств падает? Если не считать местных британцев, то чаще всего в лондонских судах вы встретите компании из Казахстана, с их участием за год прошло 21 разбирательство. Ненамного от них отстали россияне —за год они участвовали в 20 процессах. Такая популярность английского правосудия среди выходцев из бывшего Советского Союза объясняется экспертами беспристрастностью и высокой репутацией английского судопроизводства. По этим причинам именно в лондонских судах слушались такие громкие дела, как «БТА Банк против Мухтара Аблязова» и «JSC Bank против Владимира Кехмана».

Партнер адвокатской практики King & Spalding Ник Черриман (Nick Cherryman), убежденный в том, что участников судебных разбирательств из стран бывшего Советского Союза в Лондонском коммерческом суде со временем станет только больше, заявил в интервью вышеупомянутому изданию: «Это в основном будут дела по спорам, связанным с правом собственности, а плата за юридические услуги в таких делах составляет совсем небольшую долю от стоимости самих активов. В то же время большое количество наших российских клиентов с момента падения цен на нефть и введения санкций испытывают перебои с наличием свободных средств. И как раз здесь очень кстати приходятся фонды, предоставляющие финансирование судебных процессов».

На относительно недавно возникшем рынке инвестиций в судебные процессы специализированные фонды связывают инвесторов с возможными истцами, которые желают подать в суд потенциально выигрышный иск, но не обладают необходимыми финансами для ведения дела. В случае выигрыша истец выплачивает инвестору заранее оговоренный процент от причитающейся ему компенсации. Эта индустрия за последние неполные десять лет ежегодно демонстрировала потрясающий рост, превышающий 100%, и сегодня в Лондоне уже существуют фонды с оборотом в £100 млн и выше, работающие исключительно на этой ниве.

В мире, где все только и говорят об экономической неопределенности, найти нишу, приносящую свыше 50% годовых, не так просто. Этим, наверное, и объясняется такой стремительный рост фондов, специализирующихся на предоставлении внешнего финансирования судебных процессов. Хотя и здесь не обходится без подводных камней. Как известно, доход от инвестиции зависит от рисков, сопряженных с ней. Их анализ в сфере внешнего финансирования судебных процессов подразумевает получение качественной юридической экспертизы судебного дела, которое интересует того или иного инвестора. В рамках такой экспертизы необходимо не только понять, каков шанс на успех конкретного судебного иска, но и предположить, каковы возможные сроки принятия судебного решения по этому иску, понадобится ли дополнительное финансирование в ходе судебного процесса и удастся ли в случае положительного исхода дела взыскать с ответчика определенную судом компенсацию. Как видите, вопросов много. Этим и объясняется высокий процент (20-50%), который истец выплачивает при выигрыше дела третьей стороне. Тем не менее если подойти скрупулезно к таким инвестициям и иметь доступ к авторитетной экспертизе, то можно обойти все подводные камни, получив солидный возврат от вложенных средств. Тем более что ваши вложения будут зависеть не от скачков на бирже, а исключительно от судейских решений, что, согласитесь, в наше непредсказуемое время немаловажно.

Кроме этого, в этой сфере инвестиций существует несколько способов того, как можно застраховаться от убытков. Например, инвестировать средства сразу же в несколько дел, находящихся на разных этапах рассмотрения с разными шансами на успех, или, наоборот, выступить соинвестором заинтересовавшего вас дела, тем самым разделив все риски с партнерами.

Права инвестора обычно оговариваются в инвесторском соглашении, где учитываются все возможные исходы конкретного дела. Давайте на примере громкого дела «Эквадор против Chevron» рассмотрим возможную структуру возврата капитала и выплаты дивидендов. Это дело выделяется из остальных, и его, конечно же, нельзя назвать стандартным, прежде всего из-за масштаба самого иска, но, тем не менее, оно показательно тем, как при любом исходе в первую очередь защищены права самих инвесторов. 14 февраля 2011 года суд в Эквадоре вынес приговор, согласно которому компания Chevron должна полностью удовлетворить иск в $18 млрд, поданный против нее группой индейцев лесов Амазонки, утверждавших, что в результате операционной деятельности по разведке и добычи нефти компании Texaco (приобретенная Chevron в 2001 г.) они лично получили физические увечья, а естественная среда их обитания — джунгли и реки Эквадора — были загрязнены. Инвестиционный фонд Burford, специализирующийся на предоставлении финансирования судебных процессов, согласился выделить на ведение этого дела $4 млн в обмен на 1,5% от любой выплаченной компенсации. Также Burford выразил готовность сделать при необходимости два дополнительных транша размером в $5,5 млн каждый, что довело бы его долю в будущей компенсации до 5,5%. Инвестиция была сделана через специально зарегистрированную на Каймановых островах компанию Treca Financial Solutions, которая заключила соглашение с НКО «Друзья по защите Амазонки» (Friends of Defence of Amazon, FDA) и 40 другими физическими лицами, представляющими интересы нескольких тысяч эквадорцев. Журнал Fortune описывал это соглашение так: «Если Burford выделит на это дело все предусмотренные соглашением $15 млн, а истцы получат от ответчика хотя бы $1 млрд, то Burford достанется $55 млн, а если истцы отсудят $2 млрд, то Burford получит $110 млн и т.д. Но если истцы отсудят меньше $1 млрд (но не менее $69,5 млн), то Burford всего равно получит ту же сумму, как при компенсации, в $1 миллиард. Другими словами, если компенсация будет равняться $69,5 млн, то выплата Burford составит те же $55 млн, что будет равняться 80%. И в этом случае оставшиеся 20% тоже не попадут напрямую к истцам, а сначала, как это прописано на 75 страницах данного соглашения, будут потрачены на возврат капитала и выплату дивидендов другим инвесторам, адвокатам и советникам, а уже оставшееся причитается истцам».

Авторитетный правоведческий портал Who is Who Legal попросил в декабре прошлого года трех юристов из ведущих европейских адвокатских фирм поделиться мнением о трендах, наблюдаемых в сфере внешнего финансирования судебных процессов. Вот что они сказали.

Анна-Мария Тамминен (Hannes Snellman Attorneys Ltd., Финляндия): «Я не верю в опасения, что доступность внешнего финансирования судебных процессов может увеличить количество необоснованных исков в судах. В конце концов, чтобы получить финансирование, иски проходят через тщательный анализ, и иски с сомнительным успехом отсеиваются на ранней стадии. Основные задачи, которые стоят перед этой индустрией сегодня, соотносятся с экспертной оценкой судебных дел, на которые выделяются средства. Также доступность такого рода услуг вносит деловую атмосферу в само судопроизводство. На сегодняшний день инвесторы в судебные дела уже являются экспертами по снижению судебных расходов, за что сами участники арбитража должны быть им благодарны».

Ларс Маркерт (Gleiss Lutz, Германия): «Я согласен с мнением, что внешнее финансирование судебных процессов будет только расти, и особенно в международном арбитраже. Но темпы роста будут в разных странах отличаться. Интересно, что и в этой сфере мы наблюдаем острую конкуренцию между Гонконгом и Сингапуром. Но на немецком рынке, к примеру, этот рост не такой значительный и в основном ограничен инвестиционными спорами. Это можно объяснить отсутствием в Германии традиции финансирования судебных процессов. В то же время я не согласен с мнением, что наличие такой услуги приведет к росту необоснованных исков. Инвесторы в первую очередь заинтересованы в возврате своих средств и, соответственно, досконально изучают каждое дело. Утвержденные инвесторами иски, по-моему, обладают преимуществом, так же как сама услуга внешнего финансирования зачастую является единственной возможностью для малообеспеченной стороны подать обоснованный иск».

Роланд Зиад (Linklaters LLP, Франция): «При материальных затруднениях в то время, когда вторая сторона обладает солидными финансами, позволяющими ей затягивать судебную тяжбу, внешнее финансирование оказывается единственной возможностью установления справедливости в коммерческих спорах».

Страны, где за последнее десятилетия наблюдался заметный экономический рост, активно реформировали свои арбитражные законы, и этот тип судопроизводства становится все более популярным при решении коммерческих споров, особенно в Азии. В России, где тоже прошла реформа арбитражного законодательства, а услуга внешнего финансирования судебных процессов только зарождается, роль специализированной платформы для инвестиций в судебные дела взяла на себя platforma-online.ru. На этом портале представлены сразу и инвесторы, и потенциальные истцы, и сами адвокаты.

Пока же суды Лондона и Парижа остаются самыми популярными местами для международного коммерческого арбитража. А если учитывать независимость европейской судебной системы и постоянно растущие цены на судебные услуги, то можно предположить, что востребованность внешнего финансирования судебных процессов будет только расти, что предоставляет самые интересные возможности для тех, кто ищет выгодные места для вложения своих средств.

По материалам kommersant.uk